Российские власти продолжают перекраивать коллективную память: «Мемориал» признается экстремистской организацией, а вместо упоминания массовости репрессий в официальных документах вводится уголовная ответственность за отрицание «геноцида советского народа». Почему даже выжившие узники ГУЛАГа зачастую отказывались признавать преступления режима? Как эстетика русской иконы помогает российскому государству противостоять коллективному Западу? И что делать, когда кажется, что работать с памятью совсем безнадежно? Об этом на семинаре Школы гражданского просвещения рассуждали исследовательницы Клемена Антонова (Институт гуманитарных наук) и Анна Шор-Чудновская (университет Зигмунда Фрейда).
«Всем казалось, что мы в шаге от „нормального общества“. Эта наивность сыграла злую шутку»
Как говорить об исторической памяти в 2026 году
